Детство Шелдона Купера было непростым. Его ум работал не так, как у других детей. Пока сверстники гоняли мяч во дворе, он размышлял о квантовой физике. Родителям было трудно его понять. Мать, женщина глубоко верующая, чаще водила его в церковь, чем в научный музей. Она молилась, чтобы он стал "нормальным" ребёнком. Отец, в прошлом тренер по футболу, считал сына странным. Вечера он проводил в кресле с банкой пива, наблюдая за спортивными матчами. Общение с отцом чаще всего ограничивалось короткими замечаниями.
Со сверстниками дела обстояли ещё хуже. Шелдон не знал, как говорить о простых вещах. Его не интересовали популярные игры или мультфильмы. Вместо этого он мог спросить на детской площадке, где найти радиоактивные материалы для опытов. Такой вопрос вызывал у детей лишь недоумение и смех. Он чувствовал себя одиноким. Библиотека стала для него убежищем. Там, среди книг по высшей математике, он находил понятный и логичный мир. Домашние эксперименты иногда приводили к небольшим происшествиям. Однажды он чуть не устроил пожар, пытаясь собрать примитивный реактор. Это окончательно убедило родителей в его "особенности".
Жизнь в маленьком техасском городке казалась ему слишком медленной. Местная школа не могла удовлетворить его жажду знаний. Учителя не всегда знали ответы на его сложные вопросы. Он учился в основном самостоятельно, по взрослым учебникам. Его комната была завалена схемами и научными журналами. Иногда мать находила среди его вещей странные устройства из старых радиодеталей. Она качала головой, но запрещать не решалась. Видя его искренний интерес, она втайне гордилась сыном, хотя и не понимала его. Это создавало тихое, невысказанное напряжение в доме. Шелдон рос, погружённый в свои мысли, в мире, который он построил из формул и теорий.
